77.
Урезай свою потребность, Пантеон, где бы то ни было случиться!

Это нас учит великий писчий и наш наипервейший печальник Соложенитсын. А он тебе врать не станет, потомушто он чего не скажет, сразу руками всплещет и кричит: Да штобы у меня язык засох, а гортанка испонилась горьким зловонием! — а после бегает по домику своему, причитает: Зачем мне это всё, грешнику, зачем? Вот фортепьянку сынулькину оставлю, а всё остатнее, — вон из окошка! И действительно, начинает подбираться к окошку с пепельницею в руке, но по ветхости своей обычно на полпути сомлеет, сядет на пол, и начнёт вслух вспоминать, как в детстве очень хотелось ему велосипеда, а Сталин всё не давал, сам катался.

Так што прислушайся к пророку нашему и зделай его совет: самоограничься.

Ну, с умишкой-то у тебя проблем нет, и сколь тебе дадено, этого хватит, штобы поддавком играть да чапая стукать. Но от скудости сей иная беда истекает: как же тебе догадаться, в чём далее себя укорачивать? Так што попроси жену, она тебя свезёт к Соложенитсыну, — сам-то поди заплутаешь в каменной джунгле. И вот приедете, так он тебе растолкует как надо, чаем постным угостит, то есть без заварки, от неё один кофеин и теин, а тебе уже нельзя. С сынулькой на фортерьянке сыграешь в две руки (у него сынулька-то тоже не мастак руками крутить). Он тебе жену покажет в каком она рубище по дому носится, а ты ей свою покажешь, ежели она тоже носиться восхочет в рубище. Мешочек с сухариками увидишь, который наша глыбина и человечище готовит к рождеству на гостинцы и прочее многое.

То есть уйдёшь укрылённый, однако дома сразу за дело: крылышку-то подрежь, нечего махать и гордиться исклюзивами. А на калитку враз зделай подпись рекламою: Мол, с завтрова и далее расдача лишней утвари и хлама тем, у кого вовсе шишь да вошь.

Набегут и расхватают, посколь нужда, ежели приглядеться, у всех, просто стесняются до поры, а тут такая оказия приехала! И вот пройдёшься эдак по квартирке, — а пространство-то какое, а простор!

То есть стыдно, что вы двое, а как дворец. И опять реклама калитошная: кому некуда, айда к нам ходи! Сами себе выделите уголок, какой похуже, и сидите там, занимая свою душевную жизнь. То есть штобы всё по-христьянски, по-апостольски штобы. Ничево своево не надо, а коли спросить, так у людей всё есть. У них, конешно, тоже ни хрена, но дадут, ежели сложутся. Так и станете друкдрука побираться. И это страсть как обналичит ваши контакты и связи.

Ланпочек не жги, пусть лутше это электричество лишний раз крутанёт патрон токарного станка где-нибудь на заводике. Плитку также не тревожьте, займитесь сыроядение, а лутше всево, ежели у себя в уголке начнёшь вешенок взращивать. Только водичкою поливай, а они сами лезут из мешка, бутто им тесно там самим. Вот и хрумкай. Белок. А какой пищевой отход появится, что я сомневаюсь, туда же, в мешок, штобы вешенок удобрением порадовать.

С одёжкою будь предельно скромен, то есть по лету можно и вовсе без. Зимою конечно надо, а лутше всево ежели ты с кем-то в обнимках будешь ходить или лежать, так теплее. Можно даже штобы несколько человечиков с обнимками, — так распарит, никаких польт не надо станет.

Любимое развлекание у вас будет спорт кто больше чево сыкономит и урежет. Ну, к напримеру, кто за час воздуху меньше попортит, то есть не дышать. А ежели кто в этой ристалке сгинет то есть жизнь себе укоротит, опять экономика. А главный моцион культурно-массовый у вас будут выходки на природе. Там много вам открытий чудных (я про Пушкина после тебе). Собирайте битые стёклушки от бутылей, будет вам мозаика и так, штобы запасом. Тряпочьки разные, гвоздик гнутый, недоедки-недопитки различностные. К чему это я?

А вот воображай: ты, к примеру, ещё не обхвачен этим делом и идеологией штобы ыкономить, дурачёк. Вот ты стоишь в обстановке «Весёлые строители» и ждёшь свою электрическую повозку, в Москву ехать я-кобы. И вдруг видишь, как с ближайшей лесополоски выходит толпа человек сто голого виду, и все весело обмениваются найденными штуками. Кто-то даже к мёртвой птице шпагат привязал и крутит в пространстве. И ты мне скажешь, што тебе это как на барабане? И ты станешь на них глядеть взглядом вялого язя? Да ты первый портки поскидаешь, да подаришь старушке, той, что у касс уж третий год свои старые чулки на новые меняет! Да и поскачешь как сатирическое божество, в лес догонять братство, травку глядеть кто чего оборонил.

Так што вскорости вся Москва и ейный аппендикс начнут как ты жить, то есть экономиться и утилизоваться. И станешь ты первейший столичный нестяжатель. Тебя даже заставят мешок дерюжный на себя надеть с тремя дырками. На мешок ты скрипя серцем согласишься, а вот на дырки, — нет: экономика страдает.

А в один прекрастный день, или ночью, прискочет к тебе на обныковенной палочке сам Соложенитсын. Дух переведёт, и скажет тебе так: «Вот и вырастил я себе приёмника, потому завтрова же в твою честь выброшу из окна фортепьянку, а сынулька пущай на губах сыграет, коли приспичит!»

Это будет тебе самолутшее признание. Старайся и прирастёт.

Чернил хватило. Гвардей Цытыла.



Оглавление
© Гвардей Цытыла



Поделись поучением!