51.
Я тебя умоляю, Пантеон, чтобы ты занялся танцами танцевать!

Уж как бы я хотел тебя увидеть, как ты висишь, к примеру, на перекладине качаешься. Так ты же лень побороть не умеешь, ведь тебя на гирьку или там на гантельку не заманишь, тебе бы сидеть да пузырь делать из губ, то есть жевачка и бессмысленное гадание вдаль. «Я не просто так вдаль, я философ!» — скажешь ты мне вероломно, а я тебе так: «Ну и что ты там нафилософил, мудрень ты скукоженный? Ты ведь уже вскорости 1000 дециметров только за 600 секунд сможешь преодолеть, и то сгинешь от бездышки. Ты уже стоя до пятки не можешь дотянуть, ты уже негибок, то есть стар и кряхтишь, как мамонт!»

Ну, ладно эти там гантельки и другое рукоблудие. Ты тогда танец танцуй — он очень, говорят, развивает кость, плоть, а равно и сухожилки. Я тебе так скажу — только через танцевание ты снова станешь великолепен и могуч, как человек-скала.

То есть начни с нашего, с народного. Вынеси на улицу радиолку, поставь старую хрипатую пластиночку с тою же Ниною Руслановою или там Мордасова. Вот, и как только заслышится тебе: Ах, валенки-развалинки, — тут ты и приступай с удалью, с пенкою на рте, ладошкою по пяточке стукай, присядку исполнь, то есть обнаружь в себе гибельную мощь народного телодвигания. Поначалу, конешно, будет тяжко, какая там фигурная танцовка, так, с боку на бок будешь переваливать, кряхтеть попою и неодухотворённо падать. Ты, дрыгоножка припадошная, помнь только одно: всё приходит под опытом и на сноровке.

Момента лишнего не трать, используй каждый шанс к движению. Вот, к примеру, идёшь в метро, а там сидит слепоглухонемой вибрафонист и жварит какую-никакую прощальную славянку. Сразу привстань в первую позицию, руки колечком зделай, и — пошёл подплясывать знаменитый марш, умиляясь хрустальности звуков. Тебе наверняка денюжек насыплют полный картуз (ты в картузе ходи). Ты и убогого не обидь, отсыпь ему маленько, тогда, может, подружитесь даже. И вот таковым образом, дорогой мой Пантеон, ты двух зайцев сразу поимеешь: и денюжки на карман, и ноги сильные встанут, не то что сейчас, спички какие-то из трусов торчат. Будешь даже босиком ходить как в адидас-туфле, то есть попрыгивать станешь и пружинить, как пружина.

Но ты иностранные танцы тоже не гнушайся, это же мировая культурность во всём её объёме. Найди себе бальную партнёрку или там партнёрика какого, и учи с ними вальс, сальсу, танго, калипсо, ча-ча-ча, боссанову, румбу, самбу, фокстрот, бостон, уанстеп, тустеп, жигу, фарандолу, фламенку, джайв, рокенрол, полонез, пасодобели, ламбадку, польку, менуэтку, матросский танец с флажками, китайскую ужимку, песенки о Буревестнике и о Соколе, то есть вообще всё жизнь истанцуй, чтобы нетанцованного ничего в принципе не осталось. То есть импровизируй что хочешь, к примеру, «Я чищу маисовые початки», «Тёща дорогая», про «Гроза, а у нас бельё на улице висит», про «Как мы с Серёжкою бананы на рынке тырили» и так далее. Вот тебе заповедь золотая, Пантеонушко: зделай себе жизнь бесконечною и прекрасною пляскою!

И уж потом, как тонус-пенис обретёшь, когда уже не стыдно станет прилюдно туловом трястись, когда объявится у тебя талия, а гибкая гнутость членов станет нормою, а не чудом природы, тогда уже можно будет идти плясать совремённые танцульки. Я тебя выучу: хип-хоп, брек-данс. Ну, роботом-то ты сыздетства ходить обучен. Помню-помню, как ты, подражая станку с числовым программным управлением, делал медленную походочку боком и задом, moonwalker долбаный, рукою резко двигал, головою поводил нездешне, как бы мёртвая у тебя голова и взгляд стеклянистый такой, то есть большой имел успех у дамочек.

То есть оденешь штанишки-кожанки свои, перчаточки без пальчиков, только не варежки, а так, чтобы без пальчиков, курточку с наклёпкою, очко чёрное, что на каждый глаз, оденешь, и пойдёшь на кислую дискотекку. Лизнёшь там марочку-ЛДС, поимеешь лёхкий приход, и пойдёшь рукой-ногой колошматить. То есть лампочки блистают, а ты молодым Траволтою ходишь эдак от бёдрышка, девчат наших подзуживаешь, и вдруг — рраз, и башкою об пол, и начал крутить акробатический этюд «Я кручуся на башке». Потом рраз — и через мостик в стойку отчаянного танцора диска, то есть пальцем вверх, а вокруг тебя — множество хлопков и восхищений. Я тебе советую, это тебя зделает хорошим кумиром и субъектом для подорожания. Даже жена тебя как-то по спинке потрогает и расстроганно скажет: «Како у тебя хребёт, Пантеон, гибкий стал и мослы полезли». Может, и она тоже хип-хоп начнёт, может, и она вскорости без кислой дискотекки вечёрку не протерпит, а только и будет тебя об рукав дёргать: «Пойдём, дескать, марки лизать и на башке крутиться!»

Так, поди, тебя и в Тодес возьмут, будешь за денешки на сценке корчиться и волосатою грудью своею ласкать всякие женские частицы тела, которые тебе партнёрка будет подставлять. И вот как увижу тебя, гибкого, как лиана, эротического танцевальщика, на экране голубого телевизера, так скажу я себе: «Нет, не зря я чернилки пачкал, не зря нерв свой дёргал, вишь, Пантеонушко-то как вензеля крутит!»

С тем и оттанцовываюсь, —
Гвардей-массажёр грудей.



Оглавление
© Гвардей Цытыла



Поделись поучением!