136.
А вот Пантеонушко любиш ли ты театр как люблю ево я?


А ведь не любиш. Ты кагбы сказать лишон нарочитой театральности, всё в тебе естественно и свежо. То есть не умееш косить душою, не двуличиствуеш и не двурушничаеш. Каждый поступок твой имеет ясную неискажонную ложью цель, каждое слово тобою сказанное искренне до слёзок.

Не потому ли любезный в округе от тебя одни слёзы и причитания? Это всё твоя маточная правда, костыль тебе под мышку! Вот идёт соседкина жена, женьщина весьма довольная своим положением, в котором она уже седьмой раз. Пускай бы себе шла пузом трясла, так ведь ты на забор повесишся и орёш через нево бутто тебя холостят: «Што опять залетела, киса?.. И долго ли намерена уродцев плодить, лярва косоногая?» Или вот гость к тебе пожаловал сидит и просит пожрать, а ты ему: «Куда тебе жрать-то? Иди вон к сосецкой жене, пузами мерятца на спор, и я на тебя поставлю большие денюшки!»

Конешно всё это што ты говориш голимая правда, и я тебя поддерживаю в твоём устремлении. Но пойми што и ты не всё знаеш. Может сосецкая жена уродцев плодит для каких опытов, важных для знания? Или гость твой просто сильно волнуетца за встречу, вот пузо и надулось само? Так што будь помяхчее, так недолго и в проссак попасть.

Кстати припомнилось што ты ведь не всегда такой чесный и открытый был. Памятно ли тебе децтво золотое как мы с тобою записались в школьный театральный кружок и ты сильно любил представлятца всякими там другими персоанажами? Помниш ли как вела наш кружок старуха-уборщица, которая говорят по молодости даже входила в систему Станиславского, што её и згубило?.. Сколь мы тогда с тобою ролей периграли, ведь дико иногда! У Софокла ты изображал Эдиппа, я твоево батю Лая а старушка твою мамку Ёкасту. На премьере ты так сильно разволновалса што всё перепутал и заместо меня убил мамку, а на мне хотел женитца. Но всё одно никто ничево не понял потомушто мы же представляли в подлинном езыке то есть по-древнегрецкому… А как ты притворилса мертвяком в «Мнимом больном» г-на Мольера! Даже скорую вызвали, а ты всё лежиш и даже не дышыш и уже покрылса крупными пятнушками. Это ж надо так в образ войти, коли вышел ты из нево только на третьи сутки и то всё про какой-то там светящийся тунель бормотал.

А как на выпускном вечеру мы с тобой представляли я учителя-садиста а ты ученика-мазохиста! Как ты рыдал и попутно наслаждалса когда я об тебя укаску ломал! Директор потом нас к себе в кабинетку позвал, коньячку налил с лимоном и попросил штобы повторили только для нево и штобы побольше страстей.

То есть опыт лицедействий у тебя имеетца и очень даже богатый. Потому не уподопься библейской буратине которая закопала талант в садике и потом поливала думала што вырастет денежное деревцо. Понимаю што многое подзабылось уже, но это ничево, я с нашей старухой договорился (претставляеш, она до сих пор старуха!). Она к тебе вскорости приедет поживёт месятцок вы всё и восстановите как было. Жену подключи, в ней я заметил тоже Комиссарржевская давно помирает.

Начинайте с чево попроще там всякие скетычи, сценки то есть. Скажем «Всеросийская перепиздь населения», «Визит к андрологу», или «Тайна старово чулана». Это всё восходит своими корнями к нашим с тобой децким играм в поймание шпиона или в больнитцу или как мы индейца изображали.

Ваши крики и возня вскорости привлекут вниманье соседей, и вы уж им не откажите, поставте на улитце стамейки, пусть сидят и смотрят в окошки вашу мельпомену. Поначалову пускай бесплатно сидят для промоушена, а потом начинай закручивать гайку. Биноколь хочеш? копеечку давай. Коки колкой, попокорма хочеш? копеечку. Началса антрактор, тащи им водки по ресторанным ценам, хлепца с колбаскою. Потом и вовсе билетки заведи, тут тебе партер тут ложа а тут галёрка, и всё штобы за разные цены было.

Вот, разживётесь так, заместо лавок поставите мяхкие крестлица, фонарей поставите, жена занавеску сошьёт. И начнётца у вас не жизнь а сплошные performance & entertainment. Пообвыкнитесь, так вовсе переднюю стенку своево домика поломаете штобы всем было видно как вы там живёте и чем живёте. И вот ещё што: пора от сценок и прочей мелочи отойти уж, крупные формы давай! Мы тут со старухой померекали и решили што первая крупная вещь которую ты должен там себе поставить это конешно «L'amoure delle tre melarance» Carlo Gozzi. Только трактовочку мы чуть изменили: ты, как Труфальдино, не от жажды страдаеш, а у тебя бутто бы половая инверсия, ты вожделееш к эти трём апельсинам сил никаких нету. Тебя все обвиняют што ты не такой как все и ты сильно переживаеш чуствуя себя гоем. А потом оказваетца, што в этих апельсинах женьщины сидели, то есть ты как есть гетеросексуал, и тогда твоё чесное имя восстанавливаетца, хоть две из них и померли. Так што ты а не Тарталья женитца на Нинетте, это твоя жена будет играть, она-то и будет сидеть в третем апельсине и достанетца тебе ещё живой.

Жисть у тебя станет не шибко лёхкой, потому как тяжело же всё время представлятца. Вот, ночь уже, зритель кто разбежалса, кто здесь дрыхнет, а ты измотаный как три негра заходиш себе в уборную и начинаеш сдирать грим, проклиная актёрскую сутьбу. Но тут зайдёт жена, и скажет тебе што а вот ты себе прецтавь што тебе завтра не надо на сцену приходить а денежек у тебя столько же станетца? да ты ж помрёш с тоски и неудобства, каралька невнятная! Вот Сара Бернар она даже одноногая по сцене скакала последние годы жизни и ничево, зритель был так увлечён её кривляниями што ног ей никто ни разу не сощитал. И вообще ежели помирать так только на сцене и только понарошку. (Ты жену слушай, она у тебя поумней немногих и актёрка характерная)

Не заметиш как из Москвы к тебе станут наведоватца разные продьюссэры и предлагать тебе такой engagement которово ещё свет не видывал. Вот тебе лондоны вот парижы и прочий европейский колядоскоп. Это што тебе не причина почему тебе надо снова театр полюбить как люблю ево я а то и посильней? Подумай, зделай сам себе вывод.

Гвардей Цытыла.



Оглавление
© Гвардей Цытыла



Поделись поучением!